В зеркале, под слоем пыли, она видела загадочный и странно знакомый силуэт с роскошными вьющимися волосами, в красивом платье, так не похожем на ту одежду, которую ей приходится носить…

Эта незнакомка из зеркала была очень похожа на одну из старых пожелтевших фотографий, которые хранились в мамином комоде. На этой фотографии молодая девушка, с точно такими же, как у Сандры, кудрявыми волосами до талии, стояла, зажав в руке сложенный веер, одетая в длинное пышное платье с открытыми плечами и маленьким букетиком на корсаже. Сандра знала, что это ее бабушка и что на этой фотографии ей шестнадцать лет. Но ей нравилось думать, что это настоящая принцесса, принадлежавшая к тому же королевскому роду, что и Сандра.

Дик и его мать переехали в соседнее поместье в то лето, когда Сандре исполнилось десять лет. Ее брат Лоренс, которому тогда было шестнадцать, все уши прожужжал о своем новом старшем приятеле. По его словам выходило, что этот Дик Невилл — просто воплощение всех мыслимых и немыслимых совершенств. Он и под парусом умеет ходить, и в седле прекрасно держится, и стреляет из ружья по банкам со ста шагов, а главное — у него есть шикарный автомобиль с открытым верхом, на котором он гоняет по окрестностям, пугая не привычных к таким высоким скоростям местных жителей.

Сандра не очень-то прислушивалась к словам брата, у нее и своих забот хватало: в то лето она была одержима идеей смастерить крылья, на которых можно было бы спланировать хотя бы с крыши старого сарая. Подумаешь, какой-то там Дик Невилл. Она тоже прекрасно держится на лошади, даже и без седла, и моря не боится, стрелять, правда, не очень получается, но это только потому, что ей не дают тренироваться.

Так она и размышляла в тот вечер, когда Лоренс изнывал дома в ожидании нового приятеля. Сандра сидела на высокой раскидистой иве, росшей возле дома, и грызла яблоки, которыми предусмотрительно набила вместительные карманы своих любимых штанов.