– Aloha, Уитни. Добро пожаловать домой, моя дорогая!

Снимок выпал у нее из руки, когда она повернулась к двери.

– Отец! – у нее перехватило дыхание. Отец улыбался.

– Ты выглядишь, как будто была за миллион миль отсюда.

Она посмотрела на фото, лежащее у ног, наклонилась, подобрала его с ковра и засунула в карман.

– Так и есть, – сказала она, взяв себя в руки. – Как ты, отец?

– Прекрасно, – ответил он, но прозвучало это неубедительно.

«Он лжет, – забеспокоилась она, – все они лгут. Он болен, любой подтвердит это». В последний раз они виделись в Лос-Анджелесе шесть месяцев назад, тогда он показался ей усталым. Но его теперешний вид! Под глазами залегли темные тени, вокруг рта – глубокие морщины.

– Прости, что не смог встретить тебя. – Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь. – Но у меня было дело в одном месте.

Она кивнула.

– Именно так и сказал Кичиро.

– Да? Хорошо, хорошо. – Последовало короткое молчание, затем отец откашлялся. – Как дела на поприще общественного питания?

– Все идет хорошо. Папа…

– Хорошая мысль – снабжать работающих женщин готовыми обедами на целую неделю.

– Да. Папа…

– Я полагаю, ты удивлена, зачем я вызвал тебя, – быстро сказал отец.

– Да. Но я думаю, что теперь знаю. Дж. Т. прищурил глаза.

– Что ты хочешь этим сказать? Что, черт возьми, этот Кичиро наговорил тебе?

– Ничего. Он не проронил ни слова. – Уитни облизнула пересохшие губы. – Ты ведь болен, не так ли?

Седые густые брови отца приподнялись в изумлении.

– Болен? Что это тебе взбрело в голову?

– Ну, я просто сопоставила некоторые вещи. Я хочу сказать…

– Нет, – покачал он головой, – я вовсе не болен. Она почувствовала облегчение.

– Ну, тогда… – замялась она, – тогда в чем все-таки дело?

Дж. Т. рассмеялся.

– Без всяких проволочек, гм-м-м? Сразу хочешь взять быка за рога?