Нет, она больше не была уступчивой юной девушкой, как пять лет тому назад. Он убедился в этом. И что-то случилось именно сейчас! У него не было теперь полной уверенности, что она согласится работать с ним. Но Рейвен нужна была ему — и не только для совместной работы. Обнять ее, почувствовать ее неповторимый вкус. Это волновало сильнее, чем воспоминания. Даже в совсем юном возрасте ее окружала атмосфера особого очарования. Ее внутренний мир обладал какой-то тайной, был недосягаем для других. Пять лет назад его привязывало к ней не только физическое влечение. Ее отстраненность мешала тогда и продолжала мешать сейчас.

Теперь он стал старше. В прошлом он совершил много ошибок и не хотел повторять их снова. Он знал, чего хочет, и решил добиться своего.

Ожидая ее возвращения, Брэндон продолжал наигрывать мелодию песни, которую они написали вместе с Рейвен. Он вспоминал ее голос — теплый и страстный, он сейчас звучал у него в ушах.

Обернувшись, он увидел ее, стоящей в дверях. Ее глаза стали необычно темными, в них отражалась тревога. Она была бледна. Неужели так сильно ее взволновала эта песня? Он немедленно отошел от рояля и направился к ней.

— Я решила начать работу с тобой, — сказала Рейвен. Она так и осталась стоять в дверях, беспомощно опустив голову.

— Хорошо. — Он взял ее за руки. Они были холодными. — С тобой все в порядке?

— Да, конечно. Надеюсь, Хендерсон познакомит меня со всеми деталями.

Что-то в ее голосе настораживало его. Как будто часть ее была не здесь.

— Давай пообедаем вместе, Рейвен? — Желание быть с ней, разрушить ее броню было почти непреодолимым. — Я отвезу тебя в тот наш ресторан, тебе всегда там нравилось.

— Не сегодня, Брэнд. Мне… еще надо кое-что сделать.

— Тогда завтра, — настаивал он, хотя знал, как она не любила, когда на нее давили, но не мог удержаться.

— Да, хорошо, завтра… — Рейвен попыталась улыбнуться. Она выглядела очень усталой. — Извини, Брэнд, но я попрошу оставить меня. Я не представляла, что уже так поздно.