– В тридцать три мое тело лучше, чем было в шестнадцать, – прошептала она ему на ухо.

Ник смутно помнил, как Гейл выглядела в шестнадцать, однако он не забыл, что ей нравился секс. Гейл была из тех девчонок, которые любят трахаться, но потом пытаются вести себя как девственницы. Бывало, она удирала из дома и скреблась в дверь бакалейной лавки Ломакса, где Ник работал – мыл полы после закрытия. Если он был в настроении, то впускал ее и занимался с ней сексом на ящике с товаром или на прилавке перед кассой. А потом она вела себя так, как будто сделала ему одолжение. Но на самом деле оба знали, что это неправда.

Прохладный ночной воздух трепал волосы Ника и обдувал его, но он не замечал холода. Делейни вернулась. Услышав про Генри, Ник рассудил, что она должна приехать домой на похороны. Но все равно он был потрясен, когда увидел ее, стоящую у гроба, с волосами, выкрашенными оттенков в пять рыжего цвета. Десять лет прошло, а она по-прежнему напоминала ему фарфоровую куклу, хрупкую, нежную и гладкую как шелк. При первом же взгляде на нее Ник вспомнил все так, как будто это было вчера. Тогда ее волосы были белокурыми и было ей семь лет.

В тот день, больше двадцати лет назад, стоя в очереди за мороженым, он впервые услышал про новую жену Генри Шоу. Ник не сразу поверил этой новости. Генри снова женился? Поскольку Ника интересовало все, что имело отношение к Генри, он и его старший брат Луи сели на велосипеды и помчались в объезд озера к огромному викторианскому особняку Генри. Мысли Ника крутились так же быстро, как колеса его велосипеда. Он знал, что Генри никогда не женится на его матери. Сколько Ник себя помнил, он и Генри всегда друг друга ненавидели. Они даже почти не разговаривали. Генри большей частью его просто игнорировал, но сейчас у Ника появилась надежда, что все может измениться. Вдруг новая жена Генри любит детей и он ей понравится?