Это нельзя было назвать собственно приглашением, скорее ультимативным заявлением — обед или ничего. Во всяком случае, Мерседес поняла так: если она откажется пообедать с ним, останется ни с чем.

Следующие пятнадцать минут были наполнены для нее чрезвычайным волнением. Она быстро стянула с себя джинсы и футболку и надела открытое платье без рукавов бледно-розового цвета в белую крапинку. Тени для век, один слой туши на ресницы, блеск для губ — и она готова.

— Куда мы едем? — спросила Мерседес чуть-с придыханием, когда устроилась в машине и они отъехали от дома, где находилась квартира Антонии. — В какой ресторан?

— Мы не поедем в ресторан. Я заказал обед на дом.

Ее красноречивое молчание явно не понравилось Джейку, поэтому он резко повернулся к ней и слегка нахмурился.

— Что не так?

— Н-ничего.

Мерседес пыталась казаться уверенной. Она в Англии, а не в Испании, сказала она себе. Антония уже дала ей понять, что считает привычный для Мерседес образ жизни, подразумевающий осмотрительность и ограничения, старомодным.

— Ты даже ни разу не была с мужчиной! — воскликнула она, когда поздно вечером после бокальчика вина Мерседес призналась, что не имеет опыта в подобных делах. — Но я думала, что ты в самом деле помолвлена!

— Наши с Мигелем семьи договорились, — объяснила Мерседес. — Они хотят нас поженить… но Мигель еще не сделал предложения, и я ничего не обещала ему.

— И между вами… — Антония многозначительно подняла брови, не договорив.

— И между нами ничего не было! В моей стране более жесткие правила. Мы целовались, конечно… и обнимались…

— Ну, — лукаво ответила подруга, — тогда лучше перестань мечтать о Джейке Тавернере, дорогуша. Поверь мне, он не из тех парней, кто ограничивается поцелуями и объятиями.

Мерседес улыбнулась. Антония и подумать не может, что как раз с Джейком Тавернером ей самой хочется большего…

В его объятиях в танце она почувствовала, как где-то глубоко в душе рождается что-то новое, не испытанное прежде. Впервые в жизни Мерседес ощутила себя женщиной — ни один из неловких поцелуев и неуклюжих ухаживаний Мигеля не пробуждал в ней этого. Она почувствовала сексуальное желание, внезапный трепет и теперь знала, что имеют в виду люди, говоря о вожделении, страсти или любовной жажде. Все это она испытала в объятиях Джейка.