– Я знаю, извините, сэр. – Он удрученно посмотрел на кол с табличкой, спрашивая себя, просматривал ли уже отец дело Ле Роша по лишению права выкупа закладной на дом. Голос звучал скорее заинтересованно, чем гневно, значит, еще не просматривал. – Брайан дал мне небольшое… мм… поручение.

– С каких это пор вице-президент управления бегает по небольшим поручениям кредитного отдела?

«С тех пор как банк был передан этим бездельникам, которые готовы наложить в штаны перед нью-йоркским начальством», – со злостью подумал Чанс. Хотя глупо было бы винить Брайана Джеффриза, первого вице-президента кредитного отдела, за то, что он попросил именно Чанса прибить эту дурацкую табличку. Если бы этим занялся кто-то другой, отец уволил бы его на следующий же день за публичное оскорбление чести семьи Ле Рошей.

– Ну да Бог с ним, – вздохнул отец. – Я собираюсь сейчас уехать и хотел тебе напомнить о сегодняшнем обеде в честь приезда Пейдж.

– Нет необходимости мне напоминать. Я с нетерпением жду этого обеда. – Чанс улыбнулся при мысли о Пейдж Бакстер, его будущей жене. Теперь, когда она окончила колледж и вернулась на остров, они могли бы начать встречаться официально. В конце лета он сделает ей предложение, они объявят о помолвке и месяцев через шесть – будущей весной – устроят пышную свадьбу. Миссис Бакстер и его мать, наверное, уже вовсю обсуждают предстоящую свадьбу.

– Тогда жду тебя дома в половине седьмого, договорились? – спросил отец.

– Хорошо, сэр. Я буду ровно в шесть тридцать.

Но как только Чанс закончил разговор, улыбка пропала с его лица и все напряжение рабочего дня свалилось на его плечи. Он взглянул на пирс – кораблик уже исчез из виду. Странно, ветер сейчас тоже, казалось, стих, а пока Аврора была здесь, воздух был пронизан электричеством, словно вот-вот готова была сверкнуть молния.

Подняв молоток, Чане снова принялся вбивать в песок непокорную вывеску. Интересно, придет ли Аврора завтра в банк? Улыбка тронула его губы. На это стоит посмотреть: Аврора Сен-Клер шагает по банку в лучах солнца, преисполненная решимости. Чанс уже воображал, как разбиваются вдребезги портреты основателей банка, падая к ее ногам.