– Каким? – невольно вырвалось у меня, хотя я, конечно, прекрасно знал, что, кроме самых подлых подлостей, от этой особы ожидать нечего.

Смерть долго и мерзко хихикала и прохрипела:

– Да, да, я могу оставить тебя на несколько лет в покое с одним непременным условием. Обещай мне не делать ничего хорошего людям, особенно детям, и я не трону тебя до поры до времени. А если ты хотя бы изредка будешь делать людям, особенно детям, хотя бы маленькие пакости, я буду к тебе ещё благосклонней… Видишь, как я, оказывается, добра и великодушна?.. Ну?.. Я жду!

Тут я до того возмутился, что ответил так:

– Была ты, извини за выражение, круглой дурой, ею и осталась. Соображать-то тебе нечем! Череп-то у тебя пустой! Вот и несешь разную подлую ерунду! – Перед глазами у меня поплыли чернейшие круги, я упал на подушку и говорил, собрав последние, так сказать, уже почти бессильные силы: – Ведь не делать ничего полезного людям, особенно детям, – ведь это и значит фактически умереть! Нет, нет, особа ты пустоголовая, всё равно рано или поздно мы с тобой разделаемся и…

– И Смерть, по-твоему, умрёт? – ехидно в высшей степени спросила моя абсолютно незваная гостья и рявкнула: – Смерть бессмертна! – Она склонилась надо мной. – Если хочешь ещё пожить, ничего не делай полезного людям, особенно детям!!! Только в этом случае я несколько лет не трону тебя! А если ты хотя бы изредка, хотя бы немножечко будешь делать пакости людям, особенно детям… – Голос её стал наиотвратительно страстным. – Я буду к тебе ещё благосклонней… А?

Собрав остатки остатков сил, я приподнялся на руках, и хотя голова моя пошла кругом, я, не размахиваясь, ударил… Кулак попал в пустоту, в воздух… Я потерял равновесие и едва не полетел с кровати на пол.