Триш рассмеялась.

— Откуда ты приехала, Пат?

— Из Бостона.

— А-а!.. — хитро улыбаясь, протянула Триш.

— А ты подумала откуда? — заинтриговано спросила Патриция.

— Из девятнадцатого века! Я никогда не была в «Савое». Это очень дорогой отель. Но мне кажется, что и там танцевать под фортепиано сейчас могут только старые перечницы. Но, если хочешь, сходи.

— А ты не пойдешь со мной?

— Вряд ли мне это по карману, Пат!

— У меня есть деньги.

— Ты богатая, Пат?

— Нет! Но у меня есть деньги. Я не думаю, что чай с пирожными стоит очень дорого.

— Может быть, ты и права. Ладно, пошли!

— Мне надо переодеться. Нельзя же пить чай в брюках! Я оставила сумку в камере хранения на вокзале, но платье взяла с собой. Ты разрешишь мне воспользоваться твоей ванной комнатой?

— Конечно!

Триш показала, где ванная. Патриция подхватила пакет, оставленный ею в прихожей, и удалилась переодеваться к чаю. Триш задумчиво посмотрела ей вслед.

Минут через пятнадцать Патриция появилась в комнате. На ней было надето бледно-желтое платье с рукавами-буф и пышной юбкой, доходящей до щиколоток. Увидев Патрицию, Триш удивленно всплеснула руками.

— Пат, неужели девушки в Бостоне носят такие наряды?

— Тебе не нравится мое платье? Но тетя Аби говорила...

— Пат, — перебила Патрицию Триш. — Платье очень милое и идеально подходит для воскресного посещения церкви девочкой лет восьми, но ты уже выросла из этого возраста.

— Ты думаешь?

— Уверена! Сними его, Пат! Лучше надень брюки и блузку, которые были на тебе. Они, хотя и смешные, но не такие нелепые. В этом платье не то что в «Савой», в соседнюю лавочку и то стыдно пойти.

Патриция прислушалась к совету Триш и снова переоделась в свой прежний наряд.

— А нас в брюках пустят? — поинтересовалась Патриция, когда они снова проделали тот же путь до Чаринг-кросс, но вышли не на Трафальгарскую площадь, а на Странд.