Тетка часто предупреждала девушку, что именно это с ней и случится. Кэсси со вздохом отложила письма на край стола, размышляя о тете Реней, вдове покойного дяди. Когда пресловутая фирма обанкротилась, тетя Реней себя не помнила от бешенства и во всем винила отца Кэсси, упрямо закрывая глаза на то, что ответственность за случившееся несет ее драгоценный муженек, и никто иной. Дядя Тед умер вскоре после отца; тетя Реней оставалась единственной родственницей Кэсси. Иногда бедняжке казалось, будто тетка ненавидит ее. Вдова зло отзывалась об отце девушки и не упускала возможности напомнить племяннице, как та некрасива. Сама тетя Реней в молодости блистала красотой и по сей день сохранила остатки былой прелести. Она тратила целое состояние на наряды, на драгоценности, на косметологов; транжиря мужнино наследство, каталась в заморские круизы. И всякий раз, на памяти Кэсси, тетку сопровождал какой-нибудь смазливый юнец. Подростком Кэсси ужасно страдала от ее язвительных выпадов.
Твердя себе, что не в красоте — счастье, Кэсси наобум открыла журнал — и похолодела: прямо на нее глянуло улыбающееся лицо Джоэла Говарда. Под фотографией обнаружилась статья про благотворительную ярмарку, каковую глава “Говард Электроникс” почтил своим присутствием, а рядом с героем дня маячила миниатюрная, томная блондиночка. Кэсси презрительно поджала губки. Что за ирония: когда супермены вроде Джоэла Говарда покупают себе эти прелестные игрушки, этих девочек-на-час, прочие мужчины взирают на счастливцев с одобрительной завистью, но когда женщина поступает точно так же, на нее обрушивается лавина презрения!