Может, так на нее повлияло то наше приключение? – с испугом подумал Бертрам, в который раз упрекая себя, что до сих пор не поговорил с ней о произошедшем между ними...

В тот вечер она выглядела роскошно. На ней было потрясающее платье бирюзового цвета, эффектно облегающее фигуру. Ей хватило пары бокалов шампанского, чтобы как следует расслабиться. Позднее, у него в кабинете, они продолжили выпивать...

Бертрам тряхнул головой, прогоняя столь волнующие кровь воспоминания, и еще раз пристально всмотрелся в лицо Деборы. Она была как-то по-особому красива. Ее черты не отличались яркостью, но очаровывали изяществом линий и выразительностью.

Есть ли у нее парень? – подумал он. Наверняка есть. Вокруг таких женщин поклонники вьются стаями. Может, ее терзают угрызения совести? Ведь выходит, что, вступив тогда со мной в связь, она кому-то изменила. Надо срочно поговорить с ней.

На его приветствие Дебора так и не ответила. Сразу заговорила о делах.

– Кадровое агентство, с которым мы постоянно, связываемся, работает с девяти. Хочешь, чтобы я через него нашла подходящего человека на свою должность, или...

– Дебора, – перебил ее Бертрам, не понимая, что с ней творится. В былые времена утром они минут пять–десять болтали о чем-нибудь не связанном с работой. Это вошло у них в привычку, и ему эта привычка очень нравилась. – Я принес тебе кофе. – Он поставил чашку, которую до сих пор держал в руке, на полку.

– Спасибо, – сдержанно поблагодарила Дебора, не притрагиваясь к кофе.

– Я хочу кое о чем с тобой поговорить, – сказал Бертрам.

Дебора прошла к столу и опустилась на стул.

– Я тебя слушаю.

Он тоже сел. Только теперь, когда лучи утреннего солнца падали прямо на ее лицо, он заметил, что под глазами у нее пролегли тени, а щеки неестественно бледны.

– О чем ты хочешь поговорить со мной? – спросила она.