Она решила больше на них не смотреть, сплела пальцы и уставилась на них, ожидая возвращения Соломона. Тикали часы на приборной доске, и Лорен не слышала ничего, кроме этого тиканья. Время почти не двигалось. О чем так долго говорит Соломон с этой женщиной? Она не выдержала и решила еще раз взглянуть. Они стояли на том же месте, женщина что-то говорила, вцепившись ему в руку и заглядывая в лицо.

Но даже издалека было видно, что Соломон оставался безучастным. Лорен вглядывалась в его черты, пытаясь понять, какие эмоции скрывает это холодное выражение, но видела во всем его облике только нетерпеливое ожидание того мгновения, когда женщина закончит говорить и ему можно будет уйти.

Вдруг женщина размахнулась и ударила его по лицу. Лорен вздрогнула и замерла, как будто ударили ее. Соломон резко дернулся, у него даже рука поднялась для ответного удара. Но он тут же опомнился и произнес что-то, почти не разжимая губ. Потом, круто развернувшись на каблуках, пошел к своей машине.

Лорен сидела, по-прежнему глядя на сплетенные пальцы. Соломон сел за руль, и тут она отчетливо услышала, что кто-то бежит. Лорен оглянулась: к ним, отчаянно стуча каблучками по асфальту, бежала женщина из красного автомобиля. Но Соломон уже завел мотор, их машина отъехала от обочины и влилась в поток, двигавшийся по шоссе. Женщина остановилась, судорожно прижав к груди руки. Лорен не могла не понять, какая буря чувств одолевала ту, другую, и ужаснулась. Она почти физически почувствовала, как часть чужой женской горечи выплеснулась на нее, и отпрянула, отвернулась. Соломон вел машину молча, лицо его, застывшее в неподвижности, напоминало профиль на новой монете, челюсть и скулы окаменели от ярости. Лорен смотрела в окно, она видела, что он не собирается объяснять ей суть случившегося, истинный смысл этой встречи она плохо понимала. Между ними, как завеса тумана, висело молчание.