– Что вы себе позволяете? Вы просто сошли с ума! – Глаза Кори горели возмущением.

– Что ж, давай обсудим все по порядку, – предложил он. – Можно мне войти?

«Да ты уже вошел!» – раздраженно подумала Кори, в то время как Броуди закрыл дверь и прошел через холл.

– Пожалуйста, будьте как дома, мистер Броуди! – едко сказала она, идя за ним в гостиную.

– Очень уютно, – заметил он, не обратив внимание на ее сарказм. – Вся эта домашняя атмосфера должна очень нравиться вашим клиентам, мисс Ледфорд. – Голос также был пропитан ядом, и Кори сжала кулаки. Ее взгляд последовал за его взглядом, впервые отмечая выцветший ковер, вытертую обивку старенькой голубой кушетки, пожелтевшие от времени кружевные занавески. Почему так получилось, что стоило лишь появиться этому отвратительному типу, как родной дом стал казаться ей обветшалым.

«Я и без тебя знаю, что комната очень уютна, – сердито подумала Кори. – И какая разница, что мебель старомодная, а кружевные салфеточки и семейные миниатюры относятся к временам высоких туфель на пуговках?» Для нее это было родным и знакомым. Эти вещи несли в себе особую изысканность, свойственную поблекшим, но все еще красивым старым леди.

– Это наш дом, мистер Броуди, – резко сказала она. – Нам с тетей здесь хорошо. И не важно, соответствует или нет эта обстановка вашему представлению об уюте. – Она села на кушетку и сдержанно указала ему на место рядом:

– Можете сесть, если хотите.

Он сел рядом с ней. Джеф Броуди странно не вписывался в атмосферу этого дома.

– Вы сразу так ощетинились, мисс Ледфорд, – заметил он. – Я не хотел вас обидеть. Сказать по правде, я думаю, что ваша тетя совсем не такая, как о ней отзывается Селия Беттанкур.

– Селия? – воскликнула Кори. – При чем здесь Селия?

– А что, вы рассчитывали на то, что можете дурить Маргарет, а ее семья даже знать об этом не будет?