Тане, как человеку рациональному, казалось, что угроза ссылки в деревню такую фифу, как Ольга, напугает. Но Лелька была настолько далека от реальности, что искренне обрадовалась такому варианту.
– Да, – покачала головой Татьяна. – Сочувствую я Денискиной маманьке. Вот ей счастье-то привалит. Хотя при правильном воспитании, коего ты тут не получила, вероятно, она сделает из тебя человека.
Дежавю – это когда твой жених приходит повторно, но сватается уже не к тебе, а к твоей сестре.
Таня боялась, что поведет себя как-то не так. Нет, любви не было, но странный, тягостный осадок мутной кашицей давил на сердце. Противно. Даже не противно, а не по себе.
– Все будет хорошо. – Мама обняла ее и погладила по голове, поправив тяжелую косу. – Все наладится, Танюш.
Они снова суетились в кухне. А Ольга, как неприспособленная к хозяйству, болталась у окна в ожидании жениха.
На сей раз Денис явился с пустыми руками.
– Будем считать, что все формальности мы соблюли в тот раз, – радостно улыбнулся он и добродушно посмотрел на Таню. – Цветы дарил, руку просил, о планах рассказал. Теперь, раз так все хорошо сложилось, надо свадьбу обсудить.
– Да уж, сложилось все – зашибись, – усмехнулась Татьяна.
Его крестьянская рациональность была чудовищной. Действительно, зачем два раза на цветы и водку тратиться? Ей сразу полегчало, и на идиотский вопрос Дениса: «Без обид?», она кивнула. Какие уж тут обиды? Повезло еще, что судьба пронесла ее мимо этого красавчика.
Когда будущий зять насытился, подъев все, что было на столе, перешли к основной цели визита. Папенька сдвинул очки на кончик носа, достал лист в клеточку и выжидательно уставился на Дениса. Тот смотрел на него и тоже чего-то ждал. Так сходятся борцы, молча приглядываясь друг к другу.
– С чего начнем? – первым не выдержал Анатолий Васильевич. – Стол накрываем?
– А как же, – развел руками Денис. – Только надо экономно. Поэтому накроем здесь, без кафе там всяких. Нужно по соседям пройтись, столов попросить. Комната большая, подумаем, как ставить мебель, чтобы больше народу поместилось.