– Ладно. Сделай побольше фотографий, я потом выберу.

Фотографии для сайта знакомств выбирали долго. Катя забраковала все, а Тане, наоборот, многие понравились.

– Я тут страшная, толстая и старая, – ныла Катерина. – Давай в фотошопе вытянем.

– Ага, чтобы у тебя стала лошадиная физиономия и башка огурцом. Не говори ерунды. Ты женщина в самом расцвете сил.

– Намекаешь, что мне нужен Карлсон? Он тоже в расцвете сил. Слушай, я хочу изменить подачу материала. Рекламный ход!

– Чего? – опешила Таня.

– Как бы с юмором подойти к знакомству. Чтобы я не выглядела безнадежно тоскливой старой девой, которая просится замуж. Типа, мне и самой смешно, что меня, такую суперскую тетку, еще никто не взял. Ясно?

– Не очень. Хочешь пропеллер себе пририсовать и Карлсона?

– Какой Карлсон? Я хочу анкету переписать! Чтобы была смешная и стало ясно, что я девушка с изюмом. А не просто изюм второй свежести.

Таня продолжала смотреть на подругу с недоумением.

– Ай, – отмахнулась Катя. – Смотри, что я придумала. А то у тебя такое лицо, словно ты меня подозреваешь в невменяемости.

Катерина пощелкала «мышкой» и вытащила на экран свою анкету:

– Вот. «Обо мне»! Я чего написала? «Приятная блондинка без вредных привычек, уставшая от одиночества». А что сразу представляет мужик? Что я длинноногая телка, которая мечтает с ним переспать. Потому что они слово «одиночество» трактуют не в духовном смысле, а в постельном. У них мозг очень примитивно устроен. Либо, шибко опытные, вообще представляют себе потасканную тетку с крашеными патлами и тоской в глазах.

– По-моему, ты утрируешь.

– Ничего подобного. Те, кто представил тоскливо-потертую, вообще не написали. А те, что просто решили одноразово скрасить одиночество тоскующей блондинки, в шоке унеслись за горизонт на первом же свидании. И я придумала вот…

Катя торжествующе взглянула на обалдевшую Татьяну и жестом фокусника-самоучки открыла белый лист с коротким стишком.