– Вы мне завидуете, – усмехнулась Лелька.

– Шур, а она точно от меня? – Анатолий Васильевич злобно уставился на супругу. – Это же просто какой-то производственный брак. Я уже стесняюсь, что участвовал в создании этого недоразумения.

– Перестаньте! – Таня поморщилась. – Я устала за день, а тут вы еще со своими разборками. Увезут ее в Париж – туда и дорога.

– Тань, не злись. Тебе тоже однажды повезет, – утешила ее Лелька и даже погладила по голове, как ребенка, который позавидовал чужой карамельке.

– Да. Особенно, если хотя бы в этот раз все окажется правдой, – вздохнула Таня.

Но и на сей раз история повторилась. Кавалер пропал, а Ольга впала в легкую грусть.

– Оля, я понимаю, что ты за работу не держишься, – злилась Татьяна. – Но напряги мозг и пойми: это твой последний шанс зацепиться хоть где-нибудь. В твоем возрасте не работать – аномально. Что ты станешь делать, если я займусь своей жизнью и перестану с тобой нянчиться?

– Танюш, да занимайся на здоровье, – хлопала глазами сестра. – Я разве мешаю?

Заняться личной жизнью, имея на руках великовозрастную тетку, ее ребенка, родителей-пенсионеров и ателье, было некогда. И сил не было. Таня надеялась, что хотя бы эту проблему судьба решит за нее сама. Тем более что личной жизнью лучше заниматься на своей территории. А у Тани таковой не имелось. Снимать жилье она не хотела, решив, что к тридцати годам накопит денег и все же разменяет их трехкомнатную квартиру на три отдельных. Родителям, Лельке и себе. Тогда у нее появится возможность помогать родителям и отделиться от сестры, предоставив той шанс пожить самостоятельно. Но деньги никак не накапливались. Поэтому Таня дала себе крайний срок – еще четыре года. В тридцать восемь можно выйти замуж и родить. Или просто родить.

Все попытки Татьяны организовать подобие отношений с мужчинами с треском проваливались. Мужики перевелись, остались одни альфонсы или тираны, считавшие, что общение с женщиной должно происходить по схеме «раз – лежать и два – тихо». Почему ничего не представлявшие собой самцы считали половую принадлежность поводом для верховенства, было для Тани загадкой. Последний, конструктор из КБ, получавший куцую зарплату и собиравший марки, объяснил Тане данный феномен: