— Я посижу, — упрямо сказал шеф. Люся пожала плечами и спросила алкоголика:

— Значит, вы больше ничего не помните? А станция метро какая?

Алкаш беспомощно сморщился и отрицательно покачал головой.

— Какая станция? — спросила Люся очкарика.

— Не помню, не здешний, из Воронежу я, — ответил тот и потянулся за последним куском торта.

— А на вас были тогда очки?

— Нет, кажется, не было, — ответил он, жуя.

— Размер уточните, — посоветовал шеф.

— Что? — переспросила Люся.

— Размер шапки. У меня — пятьдесят восьмой.

— А у вас? — спросила Люся алкоголика.

— Не знаю.

Очкарик тоже не знал своих параметров, а данные шефа принимать во внимание не следовало.

Парень, который стоял у окна, участия в разговоре не принимал. Он только улыбался и, казалось, наслаждался всем этим представлением.

— Мы в тупике, — констатировала Люся. — Может, бросите жребий?

— Только без этого. — Очкарик кивнул в сторону шефа и громко потянул чай из чашки.

— Минуточку! — засуетился старый развратник. — Насколько я информирован, у девушки есть чужая шапка. Истинного владельца установить не удается.

— Но уж это точно не ты. — Алкаш заискивающе покосился на Люсю, словно прося оценить комплимент.

Шеф в свою очередь принялся внимательно рассматривать пьяницу и в конце концов строго потребовал:

— Ну-ка, дай свой паспорт!

Алкаш безропотно вытащил из кармана потрепанную книжицу.

— Так, так, — пробормотал шеф, листая ее. — А что, если мы сейчас позвоним куда следует и выясним, где ты провел ночь? В вытрезвителе, верно? Шапку какую там оставил, кроличью? Говори честно, у меня в машине есть бутылка «Столичной». Если не соврешь — твоя.

— Да я думал, раз ничья, — заюлил алкаш.

— Вам все понятно? — спросил шеф Люсю и повернулся к очкарику: — Теперь вы, молодой человек. Значит, Москвы вы не знаете. Ну а в каком часу у вас пропала шапка?