— Чай пить-то будете? — вошла с вопросом Бабаня.

— Нет, — ответила Люся.

— Да, — вставил алкаш.

— С удовольствием, — поддакнул очкарик.

— Ну ладно, — смирилась Люся, — только этот, — она ткнула пальцем в нахала, — пусть уходит. Это точно не его шапка.

Бабаня, Люся, алкоголик и очкарик выстроились боевой линией и оттерли парня в прихожую.

— Да ну вас! — махнул он рукой. — Связываться с чокнутыми. Пусть сам разбирается.

Гости с удовольствием набросились на Люсин торт, особенно усердствовал юный очкарик. Пока Люся разливала чай, она думала о том, что будет тактически неверно раскрыть историю своего падения самой. Надо грамотно провести допрос.

— Какая у вас была шапка? — спросила она алкаша.

— Ондатровая, рыжая.

— А где вы ее потеряли?

— В метро.

«Это они уже знают, не подходит», — подумала Люся и попросила:

— Расскажите, как все было.

— Я заснул.

— А дальше?

— Дальше не помню.

— Что же вы так? — расстроилась Люся.

В дверь снова позвонили. Люся со вздохом поплелась открывать. Прибыли гражданин преклонных лет, по всей вероятности развратник-шеф, и какой-то молодой человек.

— Вы по объявлению? — быстро спросила Люся того, что помоложе.

Он кивнул.

— Проходите. А вы, наверное, тот самый клиент, который присылал сюда своего адъютанта?

— Совершенно верно, шофера.

— Послушайте, вы же видите, что это совсем другая квартира и я вовсе не та самая… Вы просто теряете время.

— Все-таки позвольте, — бесцеремонно протиснулся в прихожую греховодник.

В комнате он принялся озираться по углам, очевидно пытаясь что-нибудь вспомнить, но, судя по лицу, это ему не удалось, и он решительно занял место на диване. Новенький парень встал у окна.

— Совершенно не понимаю, зачем вы пришли, — сказала Люся шефу. — Шапка не ваша, и вам я ее не отдам. Это начальник того нахала, — пояснила она присутствующим.