— Это вы так говорите, но я уже узнал на своем опыте, что по сути все женщины одинаковы. У вас у всех есть тайная цель…

— Можно подумать, у вас ее нет!

— Есть, но не тайная. Я хочу жениться и иметь детей. — Он окинул Сьюзен взглядом, словно она была племенной кобылой. — Вы молоды. Из вас получится отличная мать.

Сьюзен вздрогнула.

— Я не желаю быть матерью.

Бен лишь пожал плечами.

— Мы можем пожениться сегодня же, прямо сейчас. Ваш дядя, боюсь, не сможет присутствовать на церемонии.

— Какая жалость.

— Не надо иронизировать, Сьюзен. Все уже решено. Сделка совершилась, брачный контракт заключен, ваше приданое я уже получил.

Ах, вот как! Стало быть, это сделка. Что он женится на ней ради приданого, было и так понятно. Ее подмывало спросить, что подвигло дядю согласиться на эту сделку, но по лицу Бена Асади было видно, что ответа она не дождется, — он явно из того же теста, что и Джамал Нариман. Сьюзен выпрямилась, сверкая глазами.

— Что бы вы с моим дядей обо мне ни думали, я не безмозглая кукла и вовсе не покорная, бесхребетная рабыня. Поскольку у вас, очевидно, проблемы со слухом, то повторю еще раз: я не выйду за вас замуж. Ни за что и никогда. Уж лучше состарюсь и поседею в доме моего дяди, чем возьму вашу фамилию, господин Асади.

Бен отвернулся, скрывая улыбку. Джамал говорил, что со Сьюзен будет трудно сладить, однако забыл сказать, что его племянница умна и отважна. Тупое упрямство и сила духа — совсем разные вещи. Тупое упрямство всегда противно, а сила духа и крутой нрав — такое уже интересно. Это как объезжать норовистую лошадь, самозабвенно охотиться или отчаянно резаться в теннис. Женщина, обладающая силой духа, всегда желанна для мужчины.

— А знаете, вы мне очень даже нравитесь, — заметил Бен.

— Боюсь, что не могу ответить вам взаимностью.

Бен снова едва не расхохотался. Он с восхищением смотрел на Сьюзен, стоящую перед ним с гордо поднятой головой и вызывающе сверкающую глазами.