Тесс нагнулась к Майку, его ноздри уловили цитрусовый аромат. Глаза у Тесс сверкали.

— Дерьмовый ли фильм «Париж с нами навсегда»? Вне всякого сомнения! А чего вы ждали от Парижа? Там и французов-то не осталось — одни туристы. Подождем, пока снимут «Имели мы ваш Париж».

Она сладко улыбнулась и, отвернувшись, уставилась в экран.

Больше всего Тесс хотелось, чтобы Майк убрался из кинотеатра и вообще оставил ее в покое. Нет, неправда, больше всего ей хотелось, чтобы он усадил ее на свой «Харлей» и увез туда, где воплотил бы в жизнь ее самые смелые фантазии.

Тесс ничего не могла с собой поделать — Майк был героем ее тайных фантазий. Она всегда мечтала о плохом парне на мотоцикле, дьявольски сексуальном и остроумном. В ее мире мужчины разъезжали на роскошных лимузинах и совсем не имели чувства юмора.

Краем глаза она заметила, что Майк откинулся на спинку кресла, — наверное, собирается вздремнуть до начала фильма. У него блестящие черные волосы до плеч, а в ухе сверкает серебряная серьга. Тесс представила, как запускает пальцы в эти шелковистые черные волосы…

Впрочем, Майк Грандел — потрясающий мужчина и талантливый журналист, чьими расследованиями она восхищается, — никогда не воспринимал ее всерьез. Для Майка Грандела она всего-навсего избалованная богачка, развлекающаяся работой журналиста.

А между тем он сейчас далеко не в том положении, чтобы задирать нос. Его понизили в должности после неудачного журналистского расследования. Он попытался вывести на чистую воду местного дельца и филантропа Тая Кэдмана, но тот, кто давал Майку интервью, от своих слов отказался, и «Звезда», которой никогда еще не приходилось оправдываться, вынуждена была выступить с опровержением на первой полосе.