— Доктор, у меня что, перелом основания черепа? — поинтересовалась она.

— Нет, все в порядке! — оживился врач. — Все просто замечательно — ни сотрясения, ни переломов, ни ушибов. Как будто вы не летели через лобовое стекло.

— Чудесно! — Алиса вскочила с кровати. — Тогда я вызываю такси.

— Но… — застеснялся доктор.

— Что «но»? — рассердилась Алиса.

— Это странно, — произнес тот. — Такая авария…

— Значит, мне повезло, — заверила его она, подхватила вещи и ушла в ванную переодеваться.

Минут через сорок приехало такси, Алиса устроилась на заднем сиденье и выслушала отчет таксиста о жуткой аварии на Рублевке.

— Я из Успенского ехал — вез туда писателя, знаете, Вадим Панов такой?..

— Знаю, — кивнула Алиса.

Таксист обрадовался, что Алиса в курсе, какого замечательного человека он катал сегодня на машине, и даже сделал потише музыку — чтобы не мешала уже почти дружеской беседе:

— Вот, а на обратном пути смотрю — гаишники, эвакуатор, кто-то в обрыв рухнул, машина всмятку, ужас, небось насмерть…

— Это моя машина и моя авария, — заявила Алиса, хотя не следовало, конечно, этого делать. — И я жива.

Пришлось рассказать таксисту, как все было, похвастаться, что ни переломов, ни контузий у нее нет, и мужественно вынести все его ахи-охи.

— Ну, видно, Господь вас уберег, — предположил таксист.

Алиса пожала плечами — какая разница? Она устала, хотела домой, в ванну, в постель, хотела отдохнуть и разобраться со своими чувствами. Может, у нее действительно шок?

Она смутно, но все же помнила тот страх — ты летишь в машине и в лучшем случае надеешься на то, что тебя не парализует, что хоть какая-то часть твоего, пока еще молодого, сильного и здорового тела окажется без переломов, надеешься не почувствовать боль и очень-очень хочешь жить. И все происходит так медленно и так быстро — одновременно…