Сэм пытался объяснить свою насущную потребность выразить слова на бумаге напоминанием своей семье, что первый американский переселенец из их древнего клана зарабатывал на жизнь, как журналист. Его же старшая сестра разрушила это объяснение, указав, что упомянутый предок в действительности был «главным редактором и очень богатым владельцем газеты».

Сэм бросил дальнейшие попытки раскопать в своем хорошо задокументированном прошлом примеры, подтверждающие его доводы. Он удовольствовался тем, что сообщил своей семье, что он не только пишет, что он также прошел обучение у одного из известнейших в Нью-Йорке шеф-поваров. Недельные нападки его матери, услышавшей такие новости, довели его, наконец-то, до того, что он стал искать убежища как можно дальше от Нью-Йорка, куда он только мог добраться, при этом оставаясь на том же самом клочке суши.

Без своего трастового фонда… и это был его собственный выбор, никак не меньше.

— Аляска, — проворчал он.

Он был идиотом.

Он вздохнул и напомнил себе, почему он оказался здесь. Аляска была последней частичкой неукрощенной дикой природы, а он был Маклеодом. Махание мечом стало незаконным, но он мог создать грандиозные вещи с помощью ручки, а иногда и с помощью кулинарной лопатки. Он мог сделать их самостоятельно и в поте своего лица.

Но были моменты, когда он задумывался, не была ли Южная Калифорния достаточно дикой местностью. Он подозревал, что с полуразвалившимся домом на пляже было бы гораздо легче справляться, чем с арендованным им коттеджем с постоянно посещающими его оленями, медведями и прочей опасной живностью.

Он тяжело вздохнул, затем протопал по грязи и поднялся по стертым ступеням в магазин. «Галантерея и всякая всячина Смита», казалось, был центром всей неразберихи, какая только происходила во Флаэрти, штат Аляска, население триста человек. Магазин был местом встреч для всех тех, кто хотел что-либо обсудить. Сэм подозревал, что и он разделит участь тех, по ком пройдутся сплетники в ходе своих обсуждений. Он открыл дверь и вошел, избегая сгнившей половицы возле двери. Нет, сэр, он не собирается совершать дважды одну и ту же ошибку. Он больше не был новичком.