«Ты против святой римской церкви? Действительно, почему бы и нет? Что, по-твоему, скажут на это все кардиналы?»

«Они могут говорить все, что угодно. — Дженнифер уже подняла сумку и направлялась к двери. — Я думаю о Джиллиан». Стефен смутно вспомнил миссис Сильвер, усмехнулся и направился следом.

Они прошли через маленькую деревню и начали подниматься по дороге, извивающейся в долине реки Гав-де-Оссо, первого и самого красивого притока реки Гав. Дома тихо тонули в залитой солнцем впадине, пока цветные крыши, шпиль церкви и маленький изогнутый мост не превратились в кучку ярких игрушек в конце белой ленты дороги.

Золотой полдень. Дорога растянулась перед ними на склоне горы, долина разлеглась плавными складками. Зеленые луга резко обрывались к руслу реки, а на другом высоком берегу паслись коровы, звеня бубенчиками. К югу долина изгибалась, а прямо впереди огромный барьер зеленых гор расступался, сжимал равнину и дорогу поросшими соснами крутыми склонами и показывал вдалеке голубые вершины, уходящие в небо. Эти горы, размытые расстоянием, устремившиеся снегами и тенями в облака, как ни странно, только намекали на огромные барьеры за собой.

Долина Ураганов оказалась недалеко. Это почти ущелье, по которому бурным ручьем ледяной воды бежит Пти-Гав, впадающая в Гав-де-Оссо примерно в трех милях от Гаварни. «Вот ты и добралась, — сказал Стефен. — Увидишь монастырь, как только обогнешь утес. Наверное, теперь хочешь идти одна?»

«Да, пожалуйста. И спасибо, Стефен».

«Удовольствие получал я, мне и благодарить. Спасибо, — сказал он и улыбнулся. — Увидимся вечером».

Дженнифер повернула с дороги на тропу, которая поднималась вверх по маленькой долине. За поворотом она увидела впереди слева прижавшиеся к горе белые стены монастыря. Маленькая прямоугольная башня светилась на солнце, очень белая на фоне крепостного вала сосен. Как только Дженнифер увидела башню и поняла ее предназначение, будто чтобы подтвердить ее догадку, по ветру поплыл серебряный звук колокола.