Дженнифер заговорила по-французски: «Меня зовут Сильвер, Дженнифер Сильвер. Насколько я знаю, меня должны ждать. Я приехала навестить свою кузину, которая здесь остановилась — мадам Ламартин». Эффект этого простого заявления был крайне неожиданным. Улыбка исчезла с жизнерадостного яблочка-лица, будто зашло солнце. Девочка ничего не сказала, но прижалась к краю ворот, будто хотела бы сию же минуту закрыть их, и как можно плотнее. «Надеюсь, — продолжила Дженнифер вежливо, — что я появилась не в слишком неподходящее время? Можно войти?»

Девочка молча смотрела, вытаращив глаза. Открыла рот, будто хотела что-то сказать, опять закрыла. Начала водить по пыли ногой в веревочной сандалии. Дженнифер немного растерялась, но решила начать сначала: «Если это удобно… — Но тут ее осенило, и она решила спросить: — Послушайте, вы француженка или испанка?»

Девочка кивнула, похоже, теперь ей хотелось рассмеяться. «Тогда, ради Бога, — продолжила Дженнифер, которая не могла понять, как такого немого ребенка могли назначить привратником, — позовите какое-нибудь начальство. Отведите меня, пожалуйста, к матери-настоятельнице».

В ответ девочка, к облегчению Дженнифер, отступила в сторону и открыла ворота пошире. Но в ее глазах, все также возбужденных, скрывался какой-то элемент неловкости, который Дженнифер очень не понравился. Будто под детской фарфоровой яркостью скрывался ужас, дитя чего-то панически боялось. Не просто стеснительность или ненормально сильная реакция на незнакомых людей. Дженнифер почувствовала что-то неладное до мурашек в позвоночнике и попыталась себя убедить, что это чушь. Просто что-то вырывается из глубин подсознания, где полсотни романтических историй породили суеверный страх перед закрытыми стенами монастыря. Входя за сиротой в маленький двор, пришлось напомнить себе, что это вовсе не книга ужасов, где монастырские кельи и полночные кошмары чередуются с неизбежностью дня и ночи. К тому же дело происходит не глухой ночью, не в таинственном ущелье, а в мирном маленьком заведении среднего пошиба, пригревшемся на полуденном солнце.