Всю дорогу, пробиваясь через запруженные автомобилями лондонские улицы, Дуглас ломал голову, как найти подход к Джорджине. Он и мысли не допускал об ее отставке. Может, поиграть на благородстве? «Как ты можешь… после всего, что я для тебя сделал?!» Прежде это срабатывало. Нужно воззвать к ее чувству долга, чуть-чуть пожурить, но главное – изобразить искреннюю обиду.

– Я просто поверить в это не могу! – сказал он, глядя на Джорджину в упор. – Как ты могла выставить меня на всеобщее посмешище? – Для пущей убедительности он взял ее за руку. – Кто допустил утечку информации? Каким образом в «Телеграф» пронюхали о твоем уходе?

Джорджина прекрасно знала, каким образом в «Телеграф» пронюхали об этом. Она сама поместила туда эту заметку. Редактор колонки светских новостей была ее подругой и с удовольствием откликнулась на просьбу помочь. Эта публикация сразу повысила ее акции. Увольняться Джорджина не собиралась, однако знала, что Дуглас этого панически боится, а потому чувствовала теперь себя на коне.

– Обещаю сделать все, чтобы приструнить Шэрон, – продолжил Дуглас. – Она от тебя отцепится и перестанет вмешиваться в твои дела. Ты останешься в «Санди» полной хозяйкой. Положись на меня, Джорджина. Я хочу, чтобы ты осталась. Ты должна остаться. В конце концов, ты передо мной в долгу.

Джорджина поморщилась. Она давно ожидала, что Дуглас напомнит ей о том, как в свое время извлек ее из небытия. Правда, за семь последних лет Джорджина, по ее мнению, расплатилась с ним за это полностью. Впрочем, Дуглас Холлоуэй не тот человек, который когда-либо согласится, что получил долг сполна.

«Только не позволяй ему заманить себя в эту ловушку! – с бешенством внушала себе Джорджина. – Ни малейшего послабления, иначе он тебя живьем проглотит. Старый интриган. Стой на своем. Делай вид, что не расслышала. Не выказывай ни благодарности, ни страха».

– Я вас поняла, Дуглас, – сказала она. – Но вы меня не убедили.