Поспешно одеваясь, Джулия демонстративно отвернулась от распятия: раз Бог забыл о ее существовании, то и ей до него нет никакого дела. В прихожей она сорвала с вешалки старую цигейковую шубу и, застегиваясь на ходу, выбежала из дома. Огибая лужи и лавируя между машинами, она перешла улицу Тьеполо и толкнула дверь бара, на которой был изображен телефонный диск.
Марокканец, вооруженный шваброй, старательно тер кафельный пол, затоптанный ранними посетителями. За кассой восседала молодая женщина, похожая на злую колдунью из сказки, и Джулия подошла к ней.
– Пожалуйста, один жетон, – попросила она и положила в блюдечко двести лир.
– Не работает, – невозмутимо заявила барменша, имея в виду телефон-автомат.
– Мне срочно нужно позвонить, – голос Джулии звучал взволнованно, почти с отчаянием.
Барменша посмотрела на нее с отвращением, как смотрят на неожиданно выползшее на свет насекомое.
– Не работает, – прошипела она с угрозой, гипнотизируя Джулию взглядом, как кобра перед броском.
Увидев за спиной барменши телефонный аппарат, Джулия спросила:
– А вашим мне нельзя воспользоваться?
– Только для сотрудников, – ответила та и занялась клиентами.
– Чертовы порядки! – не сдержалась Джулия. – Чертов город, чертова жизнь!
Барменша даже головы в ее сторону не повернула, зато в глазах марокканца она уловила понимание. Хлопнув дверью, Джулия выскочила на улицу и побежала на площадь Новелли. Она помнила, что в кондитерской, где Джорджо с одноклассниками тратили свои карманные деньги на мороженое, кока-колу и музыкальные автоматы, должен быть телефон-автомат, и не ошиблась: телефон был и даже работал. Она набрала номер центра обслуживания, но, услышав в трубке голос диспетчера, успела сказать лишь:
– Здравствуйте, вас беспокоит Джулия де Бласко, – после чего разрыдалась.
Стоя в закутке, отгороженном от зала ящиками с пивом, коробками с печеньем и спагетти, Джулия плакала о своей неудавшейся жизни, о распавшемся браке с Лео, плакала от обиды на сына, бросившего ее одну в новогоднюю ночь, и от жалости к дедушке Убальдо, которого ей так недоставало, от досады, что в доме холодно и не работает телефон, что она влюбилась в сорок лет, как глупая девчонка.