Когда позвонил папа, я измеряла грудную клетку и совсем не думала о том, что моя мама отправилась на свидание с моим же учителем по алгебре. Не знаю почему, но папе я наврала и сказала, что мама у себя в студии. Вообще-то это отвратительно, потому что папа наверняка знает, что у мамы свидание, но я почему-то не могла сказать ему про мистера Джанини.

Сегодня днем, во время обязательных занятий с мистером Джанини, я сидела и тренировалась перемножать многочлены упрощенным методом: первый член, наружный, внутренний, последний, первый, наружный, внутренний, последний… Господи, неужели этот метод может мне хоть когда-нибудь пригодиться в реальной жизни? Когда, интересно??? Вдруг мистер Джанини ни с того ни с сего сказал:

– Миа, я надеюсь, ты не чувствуешь себя неловко из-за того, что я… э-э… по-дружески встречаюсь с твоей матерью.

Не знаю почему, но на какую-то секунду мне показалось, что он скажет «занимаюсь сексом с твоей матерью». И я очень сильно покраснела, прямо-таки вспыхнула. Я говорю:

– О, нет, мистер Джанини, меня это нисколько не беспокоит.

А он говорит:

– Потому что, если это тебя беспокоит, мы можем об этом поговорить.

Наверное, он решил, что я вру, раз я так сильно покраснела. Но я только сказала:

– Честное слово, меня это не волнует. То есть, может, волнует немножко, но это не страшно, я ничего не имею против. Я имею в виду, ведь это просто свидание, правда? С какой стати переживать из-за какого-то несчастного свидания?

Тут-то мистер Джанини и сказал:

– Понимаешь, Миа, я не уверен, что это будет всего одно «несчастное свидание», как ты выразилась. Дело в том, что твоя мать мне очень нравится.