— Вы были совершенно правы, заметив, что мы зачастую пренебрегаем таким простым счастьем, как возможность дышать, — отозвалась молодая вдова, вновь углубившись в собственные раздумья.

— Эй, вы опять ускользаете в одной вам ведомые дали, — шутливо окликнул ее мужчина.

— Все в порядке. Простите, я действительно позволила себе отвлечься, — печально улыбнулась она ему.

— Я подумал, вы профессиональная танцовщица.

— Несколько раз я участвовала в конкурсах, — нехотя призналась Саманта. — Вам мой стиль показался нарочитым? — настороженно поинтересовалась она.

В ней все еще была жива привычка перепроверять каждый свой шаг, поступок, движение души. Это было привито покойным мужем, который сразу дал ей понять, что супруга Тарранта должна быть безукоризненной, такова ее работа, или даже миссия.

Распорядок жизни Саманты — со светскими ланчами, зваными обедами, ужинами, коктейлями — был определен на недели и месяцы вперед. А между этими мероприятиями она только и успевала, что заглянуть к маникюрше и визажисту. И это считалось насыщенной жизнью.

Теперь же прежние приоритеты потеряли всяческое значение. Ей больше не приходилось представляться той, кем она в глубине души не являлась. И оттого Саманта чувствовала опустошенность: у нее уже не было направления и ориентиров, она принадлежала лишь себе самой, ощущая при этом всевозрастающую растерянность.

Саманта задумчиво посмотрела на своего собеседника.

Она ничего не знала об этом человеке. Его имя и возраст были ей неизвестны, род занятий и статус угадывались лишь по его обхождению с окружающими. Одним словом, человек-загадка. Как и она для него…

Да вот только Саманте казалось, что она для незнакомца все равно что открытая книга, страницы которой он перелистывает со свойственной ему небрежностью.

Себя же она чувствовала утомленной последними годами жизни, которые не дали ей ничего, кроме ощущения бессмысленности и парадоксальности всего происходящего.