– Представь меня, – попросил он Алоизиуса, едва миссис Делонпре оставила их.

– А что я, по-твоему, делаю со времени прибытия сюда первого же гостя? – ответил его партнер, упорно отказываясь понимать смысл просьбы Хантера.

– Представь меня ей, – уточнил Хантер.

– Кому угодно, но не Даффи. – Алоизиус упрямо вздернул подбородок.

– Что бы ни случилось между ней и тобой, даже если это что-то ужасное, это касается только вас, – сказал Хантер, но не стал ни о чем спрашивать.

Он и правда не хотел знать. Несомненно, и его собственное прошлое – черт, и его настоящее – не выдерживало пристального взгляда.

– Это тот случай, когда женщина просто бросает тебя, – ответил Алоизиус, по всей видимости, собираясь вдаваться в подробности. – Но Даффи делает это больнее других. Она кажется весенним цветком, чего и ожидаешь от женщины с таким именем, а потом с ней что-то происходит и она уходит, не объясняя причин. – Алоизиус повел плечами, будто желая отогнать неприятное воспоминание других, более открытых.

Даффи сделала шаг в их сторону.

– Интересно, – прошептал Хантер.

– Если ты так думаешь, тогда попытайся понять, что ты попался в ловушку, и решай, как спастись.

Она улыбнулась.

Он ответил на улыбку и шагнул в ее направлении.

Ему не следовало делать этого, и вовсе не из-за каких-то предостережений Алоизиуса, а потому, что перед тем, как пуститься в новые приключения, он должен был разобраться в собственной беспорядочной жизни.

А Даффодил Лэндри, он был уверен, оказалась бы самым большим его жизненным приключением.

Кто-то схватил его за локоть. Хантер напрягся, потом расслабился. Взглянув на своего упрямого друга, он улыбнулся ему. Однако, обладай он хотя бы незначительным чувством самосохранения, Хантер увидел бы таящуюся позади опасность.