– Разве ты не знаешь, что Джеймс сколотил состояние на web-технологиях?

Даффи оставила выпад без ответа. Только потому, что она ведет светскую хронику в ежедневной городской газете, люди считают ее пустоголовой тупицей и уж точно не видят в ней профессионала. Естественно, она могла бы прочитать все о Хантере Джеймсе заранее, но в ее планы не входило заниматься этим делом, учитывая его незначительность, тем более что две другие вечеринки требовали ее внимания. Однако сегодня утром ей домой позвонил редактор, из другой газеты – с ее основной работы – и попросил заглянуть на вечеринку Джеймса. Она проходила – как в ответ на ворчанье Даффи пояснил редактор – в частном здании всего лишь в квартале от Опера-Гилд-Хаус, где она должна была быть при любых обстоятельствах.

– По крайней мере, Джилл сделает беспристрастный доклад, – сказала Маргерит, прищурив глаза.

Ее слова слегка задели Даффи.

– Почему не кто-то другой? – Хорошо, она клюнула.

– Это ты мне сама скажешь. На следующей неделе. – Тихонько засмеявшись, редактор покинула комнату.

– Сама скажешь, – пробормотала Даффи, мысленно рисуя образ компьютерного гуру.

Молодой, наверняка прыщавый, в очках, в коротких брюках, обрывающихся где-то между его икрами и лодыжками. И достаточно богатый, чтобы вызвать живейший интерес у влиятельных особ Нового Орлеана. Ибо надо иметь много денег, чтобы, не обладая знатностью рода, привлечь к себе всеобщее внимание.

Иначе Даффи уже давно познакомилась бы с таинственным Хантером Джеймсом. Происходившая из состоятельной семьи городских джентри, Даффи Ливодэ Лэндри не могла не знать всех и каждого, кто хоть что-то собой представлял. И в течение нескольких прошлых лет ее работа заключалась именно в том, чтобы раскапывать подоплеку светских мероприятий, освещаемых в «Нью-Орлеанс тайме».

Проходя через приемную, Даффи улыбнулась новенькой девушке за первым столом. Та нерешительно улыбнулась в ответ, беглым взглядом окинув элегантное черное вечернее платье Даффи.