И вместо того, чтобы сразу спросить у Галины Филипповны по какой причине она ко мне пожаловала, я предложила ей выпить чаю.

Старушка оживилась.

— Ты сегодня пекла печенье? — поинтересовалась она и быстро развернулась к столу.

Сегодня я не стряпала, но в холодильнике нашлись несколько пирожных, свежее малиновое варенье, а в вазочке конфеты. Галина Филипповна с удовольствием оглядела стол. Ест она, как мышка, с одной конфетой может выпить чашки три чая, но за разговорами это может растянуться на час… Я включила чайник… Что ж, я сама загнала себя на галеры. И что за дурацкий характер. Стоило только спросить, что ей от меня надобно, и, возможно, тогда не пришлось бы злиться на собственную бесхребетность.

— Анюта, милая… — Галина Филипповна выбрала конфетку, отхлебнула чайку и многозначительно посмотрела на меня.

У меня перехватило дыхание. На мгновение мне показалось, что она сейчас скажет: «Ты нипочем не догадаешься, что я слышала сегодня про твоего мужа», но она всего лишь спросила:

— У тебя все в порядке? Мне кажется, что ты устало выглядишь!

Я с трудом проглотила застрявший в горле комок.

— Сегодня целый день на ногах. Перед отъездом много работы.

— Ах, как я тебя понимаю, — вздохнула Галина Филипповна и мечтательно закатила блекло-голубые глаза. — Греция! Колыбель мировой цивилизации… Как мне всегда хотелось там побывать! Но когда были силы и здоровье, мы жили в другом государстве. Железный занавес, Берлинская стена… — Она опять вздохнула, откусила конфетку и сделала новый глоток. — Взгляд ее принял мечтательное выражение. — Но зато на мою скромную зарплату я могла каждый год ездить в отпуск к маме на Украину и даже на море. А где сейчас вы найдете учителя, который сумел бы себе позволить съездить на море?

Она хотела что-то добавить, но тут ей попался на глаза рюкзак, который я неосмотрительно оставила в прихожей.