– Может, это же платье, но в другом цвете? – предположила Джессика.

– Возможно. – Бетси поднялась и начала ходить вокруг Антонии, которая подумала (но не сказала вслух), что считалось очень грубым среди оборотней. – Оно и правда отлично на ней сидит. И это хорошо, если все мои подружки невесты будут выглядеть великолепно.

– Верно, – скромно заметила Джессика. – Но мы с Тиной низкого роста.

– А Андрея высокая.

– Да, но все равно. Мы с Тиной не будем выглядеть также... ээ, как бы сказать? Статно. С таким фасоном платья.

– Не знаю я, – ответила Бетси, крадучись вокруг Антонии как пантера. – Великолепное платье. Отличный фасон, хорошие линии. Вероятно, на всех будет смотреться хорошо.

– Я думала, мы сошлись на том, что одно платье не может на всех выглядеть хорошо. Миниатюрная худощавая чернокожая, низкая брюнетка и высокая блондинка – они перед тобой к алтарю идти будут.

– Ты и правда худая, – сообщила ей Антония. – Там, откуда я родом, они бы охотились на тебя, заставляя тебя съедать все, что принесено.

– Вот спасибо, – огрызнулась Джессика. – Я могу контролировать свой метаболизм не больше, чем Опра свой, так что тихо там.

– Эй, я же пытаюсь быть вежливой!

– Это для тебя вежливо? Господи.

– Как считаешь, какие цвета стоит попробовать с этим фасоном платья? – внедрилась в разговор Бетси. Очень жаль. Антония жаждала драки, пусть даже и девчачьей составляющей. – Изумрудно-зеленый? Темно-синий? Красный? Нет, это тоже банально. Я должна признаться, Антония, – добавила королева, окидывая ее взглядом, – ты одна из самых красивейших женщин, которых я когда-либо видела. А это кое-что значит в этих местах.

Та пожала плечами. Ничего нового она не услышала, потому что за этим всегда следовало что-то типа «жаль, что ты такая ворчунья» или «к несчастью, ты неполноценная женщина», или «по крайней мере, ты красивая».