Я и секунды не могла больше ждать и выпалила:

— Поверить не могу, что она знала. Поверить не могу, что она знала! Она, скорее всего, знала уже тогда, когда только увидела тебя, ведь ты, кажется, выглядишь, как ее умершая мать-алкоголичка. И она просто… просто впустила нас и разрешила нянчиться с ребенком! Все это время! И ты была на вечеринке в честь рождения ребенка! Ты принесла ей долбаный подарок от Тиффани!

— Она… сильная женщина, — едва проговорила Лаура.

— Да она просто… ААААААААААААААААААААААААА!

— Что? Что? — Лаура вертелась на сиденье, держа руку на невидимой рукояти меча. Сам меч там был всегда, но появлялся только, когда этого желала сестра. И только она могла до него дотрагиваться.

Я посмотрела на Лауру, а потом взглянула в зеркало заднего вида (на сиденье за нами устроилась блондинка с желтоватым лицом) и снова перевела взгляд на сестру.

— Э-э-э, ну, я белку увидела.

Лаура оглядела заднее сиденье, пол и всю машину.

— Ради Бога, где? Под педалью тормоза?

Блондинка таращилась на меня, и я попыталась перевести свое внимание обратно на Франс-Авеню.

— Просто… она до чертиков меня напугала. Прям как выскочила, — я взглянула в зеркало. — Без предупреждения.

— Прости, — извинилась блондинка.

— Ну, не пугай меня так! — огрызнулась Лаура. — Вечерок был довольно напряженный.

— И не говори, — отозвалась блондинка сзади.

Мое сердце пустилось вскачь от потока адреналина (ладно уж, ручейка адреналина и «пустилось вскачь» означает примерно десять ударов в минуту), и это напрягало, помимо того, что приходилось наблюдать за Лаурой, призраком позади и дорогой.

— Ты… а ты…? — я наконец-то выдавила из себя. — Ты все это планировала? Нет, забудь: как долго ты все это планировала?