В спальне появился дворцовый охранник и быстро мне отсалютовал.

— В чем дело… — Я помедлила, пытаясь вспомнить, как его зовут.

С виду они все одинаковые, мускулистые, высокие, едва прикрытые одеждой. Но у этого очень синие глаза. Они-то и пробудили мою память.

— Джиллиан? — Я думала, что он пришел засвидетельствовать почтение Мирне, но от мрачного выражения, не сходившего с лица этого парня, сердце у меня забилось быстрее.

— Я пришел сообщить о дереве в священной роще, миледи. О том самом, вокруг которого вы каждую полную луну устраиваете возлияния. Оно разрушилось.

Меня скрутило от боли, не имевшей ничего общего с чадорождением.

— Что значит «разрушилось»? Каким образом?

— Видимо, в него ударила молния, хотя небо чистое. Никаких признаков грозы.

У меня запершило в горле от горечи, поэтому я прохрипела:

— Что-нибудь выпало из ствола?

Охранник даже бровью не повел, услышав такой странный вопрос. Вот что значит Партолона, где магия столь же реальна, как и Богиня, которая правит этим миром. Странность для него — норма.

— Ничего, миледи.

— И тел никаких не было? — заставила я себя спросить, стараясь не думать о том, как выглядел бы разложившийся труп Клинта.

— Нет, миледи. Никаких тел.

— Уверен? Сам видел? — выпалил Клан-Финтан.

— Абсолютно, милорд. Да, я как раз возвращался после смены караула с северного поста, когда услышал сильнейший треск. Я находился недалеко, знал, как важна для леди Рианнон священная роща, и немедленно туда отправился. Когда я увидел дерево, оно все еще дымилось.

— Ты должен пойти и посмотреть, — велела я Клан-Финтану.

Он напряженно кивнул и приказал охраннику:

— Найди Дугала и скажи, чтобы он ждал меня у северных ворот.

— Слушаюсь, милорд. Миледи!.. — Он церемонно поклонился и поспешил прочь.

— Я пойду с тобой, — мрачно изрек Каролан, после чего вместе с Аланной ушел в другой конец комнаты, позволив мне с Клан-Финтаном поговорить наедине.