Лайонел с любопытством разглядывал ее и хмурился.

- Неужели так сложно… - начала Катя, но он оборвал:

- Музыка не играет. Ни в этом доме, ни в одном из ближайших.

Девушка отняла ладони от ушей, пораженно переспросив:

- Ты не слышишь?

Он несколько растерялся.

- А что играет?

Катя гневно прищурила серые глаза.

- Фортепиано! Как ты можешь не слышать? Этот тон на всех этажах, в каждой, каждой комнате! - Ома на миг умолкла, прислушиваясь, и скупо добавила: - Я чувствую, имя этого исполнителя начинается на «Р»…

- Что именно заставляет тебя так чувствовать? - Он не улыбался, выглядел очень серьезно, но ей почудился сарказм.

Катя хотела сказать ему в ответ что-нибудь колкое, но ее осенило и она выкрикнула:

- Mariage D'amour! Это Клайдер-р-рман!

- Ну, насколько мне известно, - хмыкнул Лайонел, - Клайдорман начинается отнюдь не на «Р».

- Да, но зовут его Ричард! - нашлась девушка, распахивая дверь. Хотелось кричать от злости, бессилия и усталости. - Я пойду гулять, - бросила она через плечо. Переступая порог, на миг задержалась и, обернувшись, с надеждой посмотрела на Лайонела. Но тот уже взял ручку и продолжил писать свои распоряжения, поэтому не заметил. Или не захотел заметить…

Катя пронеслась по коридору, взбежала по лесенке, ведущей на третий этаж в надстройку, где располагалась ее личная комната. В ней не было окон, лишь люк, ведущий на крышу. Такими люками хозяин дома оснастил почти все комнаты на втором этаже.

Когда девушка подошла к застеленной белоснежным шелковым покрывалом высокой кровати, заметила, что в комнате находится не одна.

Миловидная круглолицая прислуга, одетая в длинное приталенное синее платье, стояла возле стенного шкафа со стопкой одежды в руках. Толстая русая коса виднелась из-под черного платка, на губах играла кроткая, живая улыбка, но карие глаза оставались тусклыми.