Она была одета в вопиюще золотую вещь, которая на большинстве женщин смотрелась бы так, словно уличная проститутка нарядилась для похода в цирк, но Шериз в ней выглядела просто умопомрачительно горячей. И, конечно, на ней были отличные туфли. Шериз сверкнула мне озорной мальчишеской улыбкой, абсолютно противоречащей ее горячей флоридской внешности, и немного тряхнула бедрами так, что все золотые пайетки на ее платье зазвенели.

— Ну? Потрясающе?

— Сверх потрясающе, — сказала я. — Извини, но после этого я не могу пойти с тобой. Ты заставляешь меня выглядеть словно я твое разгуливающее олицетворение ДО ТОГО КАК. Я отказываюсь быть серой противоположностью.

— Ты шутишь. С такими ногами? Это чертовски неправдоподобно. Ну, давай же, начинай двигать своей самодовольной задницей, Джо. Меня мучает жажда, а там есть мужчины, которые просто умирают от желания купить мне «мохитас».

Как раз в последнюю часть я могла поверить. Зная Шериз, там должны быть парни, которые выстраиваются в линию просто для того, чтобы подавить мяту для ее коктейля. Иногда она встречалась с моим знакомым хранителем Кевином — в нем было слишком много странного, начиная с идеи, что любая женщина, особенно Шериз, считают его привлекательным, и заканчивая тем, что этот назойливый маленький придурок теперь мой коллега. Но Кевина здесь не было, и моя подруга не из тех, кто сохнет и плачет по какому бы то ни было мужчине.

Я молча указала на свои туфли. Шериз одарила их критическим взглядом.

— Элайа Тахарин, — сказала она. — Хороший выбор. Классическая красота. Конечно, не такие как у Маноло в этом сезоне. Ох, эта сумочка от Лабутена? Дай мне!

Я передала сумочку для осмотра.

— Мне нравится.

— Потом ты можешь одолжить ее на время.

— Ну, разумеется. Я ужасно глупая, — Шериз вернула ее мне.

Сумочка была без отделений и с трудом вмещала кредитную карту, водительские права и презервативы. Презервативы я выложила. Они мне не понадобятся, и не важно, кто будет в клубе, потому что ни один из них не окажется Дэвидом.