Хёрбе осторожно повернул голову и увидел Плампача. Тот сидел на камне в каких-нибудь шести гномьих шагах и, не отрываясь, смотрел на Хёрбе маленькими веселыми глазками. Не очень-то они были похожи на кровожадные глаза Плампача. Притворяется, что ли? Но если Плампач притворялся, то, наверное, он был замечательным притворяльщиком. Потому что ему даже удалось стать немного похожим на гнома — лицом и ростом. Вот только он был хвостатым и покрыт с ног до головы шерстью. Хёрбе от удивления помотал головой и протер глаза.

— Привет! — крикнул хвостатый тонким квакающим голоском.

— Я уж думал, что ты не оживешь.

— И я думал. А ты кто такой?

— Лучше скажи, кто ты?

— Я первый спросил!

— А я тебя из воды вытащил. Без меня ты бы уж давно тю-тю!

— Как это «тю-тю»?

— Мертвенький был бы, вот как! Хёрбе поморщился.

— Ладно, — сказал он, — я Хёрбе Большая Шляпа. А ты?

— Догадайся!

— «Плампач», — хотел было сказать Хёрбе, но сдержался.

— Я Цвоттель, — сказал хвостатый. — Слышал? Леший Цвоттель. А ты тоже леший? Тогда где твой хвост? В ручье потерял? Хи-хи!

— Я гном, — гордо ответил Хёрбе. — Гном.

— Кто-о? — Леший Цвоттель даже руку к уху приложил.

— Гном я, гномик.

— Ягненок? А почему же ты не блеешь?

— Я — г-н-о-м, — терпеливо повторил Хёрбе.

— Гром? А почему же не гремишь?

— Не гррром, а гннном! — рассердился Хёрбе.

— Так тебя зовут Окном? А может быть, Дверью? Тогда поскрипи немного. Хи-хи-хи!

Да этот лохматый Цвоттель над ним просто издевается! Хёрбе так разозлился, что забыл все свои страхи и невзгоды.

— Эй, ты! — крикнул он. — Я не посмотрю на то, что ты спас меня!

Леший Цвоттель примирительно повертел хвостом.

— Не обижайся. Пошутить уж нельзя? На то я и леший, чтобы дурачиться, молоть чушь, нести чепуху, голову морочить да глаза отводить. А тебе, я вижу, не до шуток. Испугался?