Конюшня, псарня и прочие надворные постройки – еще одно табу для двух столичных штучек. Хотя там проводил немало времени и граф д’Шампольон, но в случае чего Золушке можно было отсидеться среди веселых конюхов, слушая их байки о старых временах и военных походах господина графа, а то и его отца.

Но временами Золушка так уставала бегать от этих привязчивых Оливье, что сдавалась на их милость и часами сонно лежала в кресле на половине графини. После чего можно было встряхнуться и даже поразвлечься.

Юная графиня оценивающе осмотрела экипировку Каролины и Стефании, и вспомнила, как веселились конюхи, первый раз получив приказ из парадной спальни – подобрать пару «изящных лошадок» для дочерей новой графини. «Вот кобылищи-то!» – повторяли слова кормилицы прежней графини, прикидывая вес мадемуазелей и оценивая ассортимент конюшни. Паж Лоран, обожавший свою сводную молочную сестру, на полном серьезе предложил оседлать двух ломовых. После всяких непристойных шуточек и ремарки Золушки, что-де она не собирается следить, смогут ли удержаться в седле эти торговки, конюшня выставила двух крепких и флегматичных кобыл.

«Авось, не убьются», – прокомментировал выбор конюшни граф д’Шампольон.

– По коням! – волевым усилием Золушка выбралась из глубокого кресла. И тут злосчастный столик нашел-таки свой конец. Как и украшавший его мелкий фарфор.

Каролина и Стефания, не зря так долго подражавшие юной графине, резко повскакивали со своих кресел и опрокинули все, до чего можно было дотянуться руками или ногами.

Графиня д’Шампольон с тоской смотрела на окружавшие ее осколки фарфора и обломки резного дерева.

– А я то думал, ее держали в черном теле! – искренне удивился гоблин из-за бюро.

– Меньше сказки читай, – усмехнулась Фея. – Да и кто это мог сделать? Характер у девушки был – ух! Отец еще мог ее приструнить, но он уже давно взял себе за правило не вмешивать ни в какие семейные склоки. Покойная супруга его хорошо в этом плане выдрессировала, да. К тому же этому благородному господину было лестно, что фамильная сила духа и стремление к победе так явно проявилась в его дочери. Кто там еще?.. Двор и дворня всегда были серьезной силой, но граф давненько исчерпал лимит их доверия, поэтому они единодушно назначили Золушку своей госпожой. Так что не пори чепухи, Грязнопалый!