«Она богата, конечно. Тратит столько, что не каждая герцогиня королевской крови может себе позволить! Этим деревенским визитом я превышу доход за квартал», – лихорадочно обдумывал урожденный Джек Бейкер, на чью сторону склонить свою любезность и внимание. – «Но девчонка так знатна, что герцогини должны делать ей реверансы! Впрочем, свободных денег у нее явно нет, а благородный папаша не принят при дворе. Но, не сомневаюсь, что любой наследник королевства и империи (не говоря про герцогства и княжество) почтет за честь взять ее в жены. И что-то мне говорили про Крестную Фею…»

Месье Арман, наконец, сфокусировал улыбку, тряхнул париком, обсыпав ковры графини д’Шампольон блестками, обозначив тем самым свое почтение перспективной наследнице.

– Ах, госпожа графиня, вы разбиваете мне сердце! Неужели вас ничего не заинтересовало? – он сделал широкий жест, охватив содержимое сундуков, занимавшее добрую половину парадной спальни.

Золушка вытянула шею, глаза у нее заблестели. Зато ее мачеха всполошилась.

Опытный в склоках ревнивых клиенток месье Арман успокоил ее, прошептав с четкой артикуляцией: «У вас разная цветовая гамма», а про себя добавил: «и вкусы».

С нарочито равнодушным видом выбравшись из кресла, Золушка уставилась на изобилие галантереи. Глаза у нее заблестели еще ярче.

«Какая чистая линия!» – оценил ее платье портной. – «Сразу видно имперский стиль», – он тяжело вздохнул. – «Но какие же симпатичные маленькие фижмы…»

– Ленты? Шляпки? Перчатки? Чудесный веер точь-в-точь к вашему платью, госпожа графиня! – защебетали жеманные ассистенты.

Месье Арман счел дальновидным оказать немного внимания своей постоянной клиентке.

– Ах, моя дорогая, – портной аккуратно, так, чтобы не помять накрахмаленные полы камзола, присел на ближайшее кресло, – у меня спрашивали про вас при дворе, да-да! И где эта новая графиня д’Шампольон? Почему она не показывается в свете?