— Человек, как человек. — Пожал плечами Хэнк, не заметив в ней ничего такого, что выделило бы именно эту девчонку из общей массы овец.

— Она пахла сексом, Хэнк. Сексом и удовольствием. — Цлав хищно усмехнулся, демонстрируя клыки, и медленно провел по ним языком, словно, пробуя на вкус воздух, в котором еще ощущался аромат девчонки. — Люблю этот привкус у своих жертв. Он меняет их вкус.

Хэнк пожал плечами, и отвернулся, продолжая свой путь.

— Что ж, к счастью для этой крошки, у тебя сейчас другие проблемы, и у нее есть время уйти. — Безразлично проговорил вампир, удостоверившись, что брат следует за ним.

— Ты прав, Хэнк. — Оглянувшись в последний раз, Вацлав поравнялся с другом. — Но попадись она мне в другой момент…

Улыбка, скорее напоминающая оскал, появилась на лице Хэнка, когда он повернулся к другу.

— Я могу представить, чтобы ты сделал с ней. Иссушил бы.

— Ты прав. — Вацлав облизал губы. — Выпил бы до последней капли.

— Пошли, — Хэнк хлопнул приятеля по плечу. — Нас ждет отец.

И они свернули в темный двор, в который не поникал свет уличных фонарей.

* * *

Алекс наблюдал за тем, как его напарница, с которой он работал последние три года, раздраженно мерит шагами небольшое пространство кабинета. Да, похоже, что бросать курить — тяжелее, чем он думал. Серьезно, достаточно было посмотреть на лихорадочный блеск в глазах Лины, и ее постоянно сжимающиеся пальцы, чтобы послать подальше идею о собственном избавлении от никотинового рабства. И еще больше он утвердился в этой мысли, когда взбудораженная напарница вылетела из кабинета, требовать сигареты у подчиненных.

Нет, Алекс, конечно, и сам мог ей дать их, но она же просила его не делать ничего подобного, когда взялась за эту затею. И потом, курение, в самом деле, было отвратительной привычкой, и хоть одному из них, стоило побороть ее. Потому, закинув ноги на ее рабочий стол, он просто смотрел, как Лина устраивает террор в отделе.