Глава 2
Одна
Брат Колин, я не буду увиливать перед тобой, ты моя кровь и плоть равно, как и слуга Божий. Я только начал работу здесь, и должен быть доволен, если до конца своих дней смогу убедить жителей Барра-Хед. Но было неожиданностью увидеть, как население сопротивляется Слову Божьему. Здесь есть горстка набожных душ, конечно, но везде распространена старая религия. Куда бы я не посмотрел, я вижу древние сигилы: они вырезаны на камнях, нарисованны на грубом дерне и на каменных домах, даже сады посажены каким-то языческим узором. Уверен, Господь послал меня сюда, чтобы спасти этих людей, как они называют себя, Вудбейнов.
Брат Синестус Тор своему брату Колину, ноябрь 1767 г.
Часом позже я лежала в кровати, наблюдая взаимодействие теней на моих недавно покрашенных стенах. Я думала, что была истощена, но сон не приходил. И я позволила своим сенсорам расплестись по дому. Мери-Кей, отделенная от меня ванной, глубоко спала. Она пришла домой сразу же после родителей, сильно взволнованная перспективой пожить 11 дней в доме ее подруги Джесси: непрерывный девичник. Три ее чемодана уже были собраны и стояли у выхода.
Родители тоже спали: мама легко, судорожно, папа более глубоко. Они переживали о поездке, о том, что уезжают от нас.
Я перевернулась на бок. Вечером я заставила предметы летать. Это было удивительно и немного пугающе. Если бы я не была такой смятенной, это было бы радостно и прекрасно. Ну, такой и была Викка: одновременно светлой и темной, как части одного целого. День, превращающийся в ночь. Красота и уродство, добро и зло. Роза и шипы.