— И я.

— Ясно. А напился чего? Знаешь, как же моя мама ненавидит, когда ты в таком состоянии к нам заваливаешься…

— А я не к ней пр-шел, а к тебе.

— Я тоже не люблю…

— Так мне, может, уйтииии??? -

(возмущенный визг вмиг разлился эхом по всему подъезду)

— Не кричи.

— Йй-а не кр-чу, — пошатываясь (как флигель на ветру), присел на корточки, облокотился спиной на стену. Тщетные попытки закурить — зажигалка не меньше меня его сейчас ненавидела. — Черт! Малая, спички есть?

— Я же не курю, ты знаешь.

— Давно ли было?

— Давно.

— Я не пойму, — вдруг дернулся (отлип от стены), взгляд в глаза. — Ты не рада меня видеть?

— В таком состоянии — НЕТ.

— Нет?

— Нет.

(тяжелая пауза — на осознание)

— Ах, так…

(вдруг резко подскочил — едва не свалился с лестницы — жадно уцепился за поручень;

еще секунды — и это тело побежало-покатилось вниз)

— Ты куда?

— Домой.

— Ты же еле ходишь.

— Я хожу нормально. А вот ты… и твоя мать

(застыл внизу, взгляд мне в глаза)

— вы обе суки… Одного мужика из дома выжили,

теперь и за меня взялись…

(невольно закачала я головой, но все еще пытаюсь молчать,

давясь своими грубостями и злостью)

— Прощай, малая. Я больше не приду, как бы ты не умоляла.

— Не переживай, не буду умолять.

— Ах, вот так? И трезвонить не будешь?

— Не буду!

— Я тебе дверь не открою!

— И не надо.

— Сссука…

Разворот и пошагал прочь…