«Я ищу дракона», сказал Руперт тоном, в котором, как он надеялся, намекалось, что он на самом деле не очень-то жаждет найти.

«Дракона?» Ночная Колдунья секунду непонимающе смотрела на него, потом на ее сморщенном лице медленно расплылась улыбка. «Дракона! Черт возьми, мне нравится твой стиль, мальчик. Десятилетиями ни у кого не хватало духу охотиться на дракона. Не удивительно, что ты не испугался прийти и вызвать меня!» Она восхищенно рассматривала его, пока Руперт старался выглядеть скромнее. «Что ж, дорогой, сегодня у тебя счастливый день. Ты ищешь дракона, и так уж случилось, что у меня есть карта, которая приведет тебя прямо к нему. Настоящая сделка, я могу отдать тебе эту карту за бросовую цену – всего три пинты крови.»

Руперт сурово посмотрел на нее. Колдунья пожала плечами.

«Попытка не пытка. Так как ты потомок Эдварда, я изменю предложение.

Карта твоя бесплатно. Если я вспомню, куда засунула проклятую штуку.»

Она медленно поднялась со своего кресла, согнав с колен кота, и заковыляла прочь, чтобы исследовать глубины обшарпанного дубового шкафа в дальнем углу. Руперт неуверенно нахмурился. Он твердо намеревался убить Ночную Колдунью, если представится возможность, однако, хотя она так легко говорила об убийстве столь многих юных девушек, что потеряла им счет, он как-то не мог заставить себя сделать это. Странным образом он чувствовал себя виноватым перед нею; долгие годы одиночества в Лесу Мрака достаточно наказали ее. Более чем достаточно. Колдунья вдруг очутилась перед ним, и он вздрогнул, пораженный, когда она протянула ему изорванных пергаментный свиток.

«Вот, мальчик, эта карта приведет тебя прямо к дракону. Если ты заберешься так далеко. Для начала, тебе надо пройти Лес Мрака насквозь и выбраться по ту сторону, а чертовски мало тех, кто сделал это и выжил, чтобы рассказать.»

«Я заберусь», уверенно сказал Руперт.