Дерри покачал головой.

– Думаю, вы переоцениваете этого Варина, сэр. Он привлек народ на свою сторону, совершив несколько чудес. Но преданность королям в крови народа, и она гораздо сильнее, чем призывы новых пророков, особенно таких, которые призывают к священной войне. Как только Варин будет уничтожен, крестьяне останутся без предводителя и весь их воинственный пыл исчезнет, – убежденно произнес Дерри. – Варин совершил роковую ошибку, сделав своей резиденцией Корот – место, где находятся архиепископы. Теперь его просто считают одним из приверженцев архиепископов, а не самостоятельным вождем.

– Но ведь есть еще и Интердикт, – с сомнением указал Келсон. – Забудут ли его крестьяне так быстро?

Дерри успокаивающе улыбнулся.

– Разведчики сообщают, что повстанцы плохо вооружены и плохо организованы и обучены. Когда они столкнутся лицом к лицу с нашей регулярной армией, то разбегутся, как мыши.

– Я не слышал, чтобы они разбежались, как мыши, при Дженан Бейле, – фыркнул Келсон. – До сих пор не могу понять, каким образом плохо вооруженные крестьяне смогли захватить врасплох целый отряд. А где мой дядя Нигель? Мне бы хотелось услышать его объяснения тому, что произошло вчера.

– Постарайтесь быть с ним помягче, сэр, – сказал, опустив глаза, Дерри. – Он сегодня все утро провел вместе с врачами у раненых. И только час назад я уговорил его позволить врачам осмотреть его собственные раны.

– Он ранен? – в глазах Келсона появилось беспокойство. – Тяжело? Почему ты сразу не доложил мне об этом?

– Он просил не говорить, сэр. Рана не слишком серьезна. Он ранен в левое плечо и, кроме того, получил несколько царапин и ушибов, – Дерри помолчал. – Нигель сказал, что лучше бы сам погиб, чем потерять столько людей.

На лице Келсона появилось страдальческое выражение, но он постарался заставить себя улыбнуться.

– Я знаю. Его вины в том поражении нет.

– Не забудьте сказать это ему, сэр, – сказал Дерри спокойно. – Он чувствует себя так, словно предал вас.