– Да,– прямо сказала Дженни и почувствовала, как ребра Джона трясутся у нее под рукой от беззвучного хохота.– Я не знаю, при каких обстоятельствах ты с ним встретишься,– добавила она.– И еще одно…

Джон уже не смеялся. Голос его был задумчив, но удивления в нем не слышалось.

– Значит, ты тоже обратила внимание…

Было в Джоне нечто такое, чего люди, как правило, не замечали. Под личиной дружелюбного варвара, за рассуждениями о смышлености свиней, старушьими побасками и разрушительными попытками понять устройство часов скрывались подвижный ум и почти женская чувствительность к оттенкам ситуаций и отношений. Редко случалось, чтобы он ошибался.

– Наш герой говорил о предателях и мятежниках на юге,– сказала она.– Раз пришел дракон, значит, погибнет урожай, подпрыгнут цены на хлеб, начнутся смуты… Думаю, тебе необходим верный человек.

– Я тоже так думаю,– ответил он мягко.– А теперь скажи, почему я должен сомневаться в Гарете. Честно говоря, мне не верится, чтобы он предал меня из-за того только, что я не похож на витязя из баллады.

Дженни приподнялась на локте, черные волосы ливнем упали на голую грудь.

– Мне тоже,– медленно проговорила она, пытаясь понять, что же, собственно, беспокоит ее в этом странном мальчугане, которого она спасла в руинах старого города.– Положись на мое чутье, доверять ему можно. Но он в чем-то лжет, не знаю, в чем… Нет, мне нужно идти с тобой на юг.

Джон улыбнулся и потянул ее вниз.

– Я сожалею, что в прошлый раз не поверил твоему чутью,– утешил он.– Но, думаю, ты права. Я не понимаю, почему король, вместо того чтобы послать надежного воина, доверил свое слово и свою печать мальчишке, который, судя по всему, только и может, что собирать песенки. Но если король ручается в помощи, то я буду дурак, упустив такую возможность. Даже то, что мы с тобой, Джен, ни на кого больше не можем положиться, – даже это говорит о том, насколько плохи наши дела. Кроме того,– добавил он с внезапным беспокойством,– тебе так или иначе пришлось бы ехать.