Перед поездкой на пляж я, по ее просьбе, надела купальник и она его, тут же забраковала.

— Такие купальники носят на речке, а на море надо быть вот в таких. — Поучала меня Лариска, демонстрируя передо мной очень открытый и смелый, какой-то заграничный покрой.

Она довольно свободно переодевалась при мне и особенно не стеснялась. При этом она долго возилась с купальником, оставаясь передо мной с оголенной грудью. Я уже привыкла к этому и с удовольствием смотрела, как ее большие и отвислые груди, и вовсе не девочки, мотались передо мной в разные стороны. Я их видела в течение последнего полугода, так, как после выпуска старшего курса нас переселили на их место, в двухместные комнаты и мне в напарницы по комнате досталась она.

Скажу несколько слов о ней.

Соседство с ней мне запомнилось сразу же по тому, что Лариска вообще не стеснялась моего присутствия и могла ходить или сидеть нагишом в комнате и даже пытаться делать в таком виде зарядку. Через несколько дней, однажды ночью я проснулась от ее томных вздохов, и уже было собралась встать и разбудить ее, когда поняла, от чего она так постанывает. Она мастурбировала. Я не могла все видеть, но то, что она, не стесняясь моего присутствия, делает это при мне, это меня просто шокировало. Наутро, я набралась смелости, и пока мы поочередно причесывались и одевались, спросила ее об этом. Она, нисколько не смущаясь, спокойно, повернулась ко мне и спросила, вместо ответа.

— А ты? Ты разве не мастурбируешь?

Вот же? Я растерялась и замялась, а она приняла мою растерянность за согласие и ответила.

— Вот видишь? Ты тоже, а у меня спрашиваешь? Зачем? Хочешь вместе?

И, не дожидаясь моей реакции, она продолжала.