Многие художники — иллюстраторы детских книжек заново оформляют волшебные сказки. Я тоже приложил руку к «Спящей красавице», «Золушке», «Ослиной шкуре». Кто-то придумывает затейливые рисунки к занимательным историям, полным увлекательных приключений. У меня же талант создавать юных героинь на фоне иллюстраций, подчеркивающих их характер и переживания.

На заре моего становления как художника издатели уговаривали меня, чтобы расширить читательскую аудиторию, ввести в качестве героев и маленьких мальчиков, но я не согласился. Когда я был со своими девочками, то мог со всей страстью отдаться развитию их образов. Я сосредоточился исключительно на них. И к черту всех критиков, периодически высмеивающих меня за это!

Когда я ввел в свои книги Шарлотту, со мной начали происходить удивительные вещи. Шарлотта постепенно взрослела. Из семилетней потеряшки она превратилась в девушку-подростка. Чего никогда не случалось с остальными. Шарлотта стала моим лучшим творением, хотя и застыла в возрасте тринадцати лет к тому моменту, когда я подписал контракт с телевидением.

После этого я уже не мог ее рисовать, несмотря на все просьбы читателей. Она ушла. Стала пластмассовой куклой. То же может случиться и с Анжеликой, если выгорит сделка с анимационным фильмом. Ведь я могу и не закончить книгу о ней, которую начал пару недель назад.

Но сейчас меня это не слишком волновало. Беттина, Анжелика мне надоели. Мне все надоело. И этот съезд книгоиздателей стал последней каплей. Я снова почувствовал себя вконец измочаленным. Что значит «В поисках Беттины»? Я сам ее больше не в силах найти!

Я закурил очередную сигарету «Голуаз». И наконец расслабился.

Прием, обед, шум и суета остались где-то позади. Затхлая атмосфера комнаты действовала успокаивающе, как и было задумано. Я обвел глазами выцветшие обои, пыльные подвески люстры, темные зеркала, почти не отражающие свет.