Стефани до недавнего времени была химиком одной из лабораторий, занимающихся производством различных лекарств, синтетических ниток и тому подобного. Месяц назад после стодвадцатидневной забастовки ее уволили. Проявив себя неутомимым борцом за справедливость, Стефани в ходе забастовки допустила несколько промахов, которыми хозяева не преминули воспользоваться, чтобы раз и навсегда избавиться от ее присутствия на своем предприятии.

Одно издательство предложило ей выпустить книгу об истории ее борьбы, но с условием, что Стефани закончит работу над ней не позже чем к зиме. Эммануэль и Жан встретили ее как раз в тот день, когда она получила это предложение. Стефани выглядела неважно: бледная, худая; ее одежда оставляла желать лучшего. Она объяснила, почему не может принять предложение издательства, но все эти причины можно было свести к одному слову — Париж. Жан и Эммануэль немедленно предложили ей отправиться вместе с ними в Прованс, где у нее будет все то, чего ей так не хватало в Париже для нормальной работы: много солнца, тишина, свобода и собственная комната. Стефани ничего не оставалось, как поблагодарить друзей за заботу и согласиться.

Эммануэль была просто поражена своим внезапно вспыхнувшим чувством гостеприимства. Будь на месте Стефани молодая девушка, в предложении Эммануэль не было бы ничего удивительного, но пригласить к себе женщину преклонного возраста было для нее чем-то противоестественным. Эммануэль даже укоряла себя за то, что не подумала, прежде чем пригласить погостить человека, имеющего интересы далеко не любовного характера. Что это? Прогресс самосознания или проявление слабости?

В любом случае Эммануэль вовсе не привлекали неукротимые бойцовские качества Стефани. Все, что противопоставляло одну часть человечества другой, отделяло плохих от хороших, поддерживало одних и втаптывало в грязь других, было неприемлемым для нее.