Стоп. Я не хочу сейчас, а то опять устану и ничего делать не захочу. С сожалением отпускаю из пальцев мягкие и нежные ушки. Они сразу же слипаются, как в моем сне и я их тут же растягиваю в стороны. Даже страшно стало. Все о сне своем думаю. Потянула кожу еще и пальчиками двинула глубже. Ткань теплая, темнее. Почти темно — бордовая. В складках ткани чувствую маленькую лунку, которая уходит под меня, вглубь. Запускаю пальцы. Неудобно. Но чувствую, как пальцы скользят по краям узкой пре узкой дырочки. Мгновенье и кончики пальцев надавливают на мою девичью занавесочку. Как не тянусь, не вижу.

Борюсь и в этот момент слышу, как кто — то идет к дому.

Мигом вскакиваю и в спешке надеваю кофту шиворот на выворот, впрыгиваю в юбку. И уже на ходу к двери слышу, как стучатся. Подхожу и спрашиваю, хотя дверь то не закрыта. Отвечает мужчина. Говорит, что он новый участковый и просит открыть. Веду его в комнату. А самой, честное слово, стыдно. Такой он весь из себя ладный, в форме и я чувствую от него запах хорошего одеколона. Сажаю на стул, смотрю. Нравится. Очень даже. А он осматривается, и мне становится стыдно за все. Я начинаю злиться на себя, на мать и на него. Задает вопросы. Слушаю и рассеянно отвечаю. Мне его голос нравится. Мужской, немного суровый. Смотрю на него, и пока он пишет что — то, я рассматриваю. Ему лет под тридцать. Определила по начинающим залысинам на висках. Лицо красивое, правильные черты. Губы. Да! Губы классные. Эх! Таки бы целовать и горя не знать. А он, видимо это улавливает и смотрит на меня, а потом говорит, что у меня не только кофта, а и сама жизнь вся шиворот на выворот. Я смотрю и хлопаю глазами. Вот так инспектор. Вот удружил. Возмущаюсь и узнаю, что у него на мать и ее пьянки, уже два десятка заявлений. Но прежний начальник не давал им хода, а он будет реагировать и обязательно сообщит об этом на работу матери. Вот так мужчина, вот так красавчик! Пробую возражать и оправдывать мать, а он мне. Почему я не в школе? Вру, говорю, что приболела.