Сняла ночнушку и начала себя голую внимательно рассматривать.

Смотрю и сама с собой разговариваю.

— Так. Рост. Рост ничего, я довольно рослая девушка, метр семьдесят шесть.

Взяла метр портновский и отметку у двери смерила. Точно, один семь, шесть. Так. Что еще. Ах, да!

— Объем. Так грудь девяносто. Ну, почти. Сантиметров пятнадцати не хватает, правда. Это не главное. А что главное!

— Живот, бедра. Мерею.

Живот пятьдесят, бедра семьдесят четыре. Поворачиваюсь и смотрю за телом. Мне нравится изгиб и линяя бедер. Животик плоский и под ним уже четко видимые волосики на лобке. Интересно, вспомнила, что у Листочка она совсем была голая. Да, как коленка. Она, что, малолетка. Нет. Ей уже лет восемнадцать, наверное. Значит, что — то такое делает. Где то слышала, что надо на ней все сбривать. Подумала. А, что, надо попробовать. Пошла в туалет. Бр… Выскочила. Фу. Все так уделано! Ладно. Опять подошла и стул подтащила. Села. Ноги подняла и раздвинула. Уперла в зеркало.

— Так, что у меня тут.

Смотрю и вижу себя. Ничего, стройненькая. Между ног хорошо просматривается разрезанный на две части пухленький холмик. По нему и выше его редкие и черные волосики. Руку тяну и трогаю холмик. Приятно. Но одной руки мало. Двумя руками растягиваю холмики в сторону и вижу чудную картину. Над ними рельефная складка. Я знаю, что там у меня. Пока даже трогать боюсь. Уф! Потянула еще и вижу. В расступившейся ткани обозначен, сгусток плоти с почти неприметной дырочкой, розового цвета. Вижу, как обходя, его слева и справа изгибаются, тонкие и нежные, мои любимые, срамные губки. Перехватываю пальчиками и слегка потянула.

— Ах! До чего же все — таки хорошо!

А теперь с другой стороны. Ух, тут еще приятнее. Ловлю себя на том, что увлекаюсь.