А как она точно подыскивала слова для человека? Бывало, посмотрит на человека и говорит.

— Эта, б… — по — другому она не называла ни одну даму. — Эта б… точно еб…вая. Видишь, как, (по цензурным соображениям, назовем тот предмет — звездою) свою (п) звезду выставляет и не стыдится.

Ну, а когда мамка с ней здоровалась, что уже для многих было подвигом, то она все нас нахваливала.

— Эко вас господь разукрасил. Ни дать и ни взять, а модель всего женского рода!

И всегда так громко, чтобы все бабы слышали.

— Смотрите, сучки, какими должны быть настоящие бл…ди!

А потом, ласково, провожала такими словами.

— Господь вам в помощь. Еб…сь! — И мамка этим очень гордилась.

Так получилось, что я у нее часто засиживалась, и она меня всегда чем — то вкусненьким подкармливала и поила. И на этот раз я к ней пришла за советом и помощью.

Она меня приветливо встретила и пока я суетилась в раздевалке она громко так, чтобы слышали.

— А, вот вам бабы и дьяволица, в обличии ангела. Вы только на ее посмотрите? Копия мамки своей, красавицы. Ох, и слез же ты бабских наслушаешься и упреков. Но помни, что с мамкой вы самые настоящие бл…ди.

Я любила ходить к ней в баню. В — первых, от того, что можно было столько, сколько душа пожелает в горячей воде набарахтаться и наплескаться. Во — вторых, тепло необычайное, вечно с запахами какими — то хвойными. Баба Валя старалась. Потом, я такая же была, душой поскудной и мне очень нравилось проплывать мимо голых баб в тумане пара и показывать им совершенство своего красивого и ладного тела. Я любила ловить их оценивающие взгляды и чувствовать спиной их зависть.

Это мужики думают, что они женские фигуры оценивают. Как бы ни так! Бабы так друг дружку рассматривают и оценивают, что, пожалуй, сам создатель бы так критично не оценил бы. Это я говорю о тех, кто одет. А представляете, как мы смотрим, когда мы оцениваем голые тела. Мне кажется так, что всю кожу, до кости, глазами сдираем, от завести.